Условная единица: что стоит за обвалом рубля

Опубликовано: 13.03.2020

Американская народная мудрость гласит: «То, что взлетает, должно упасть». Еще недавно доллар был королем обменных курсов, находясь на самой высшей точке за последние три года. Но проклятый коронавирус добрался и до гринбэка: валютные трейдеры поняли, что внеочередное снижение учетной ставки Федеральной резервной системы (Центробанка США) — это только начало, и Федрезерв будет и дальше понижать ставку, чтобы не допустить «коронавирусной» рецессии. Трамп уже во весь голос выражает недовольство в адрес главы ФРС Джерома Пауэлла: медленно и мало, мол, снижает ставку. Значит, американские ценные бумаги будут дешеветь, поэтому доллары надо продавать. И курс доллара пошел вниз.

Условная единица: что стоит за обвалом рубля

Алексей Меринов. Свежие картинки в нашем инстаграм

Пошел, но не шибко. Никакого сравнения с падением российского рубля, к которому больше подходит слово «обвал». Но и этот обвал, в свою очередь, невозможно сравнить с тотальным обесцениванием российской валюты после распада СССР. Тогда все мало-мальски серьезные расчеты производились не в рублях, а в долларах, цены указывались в «у.е.», а народ шутил на злобу дня: «Каково соотношение доллара, фунта и рубля?» — «Доллар стоит фунт рублей». Аббревиатуру «у.е.» расшифровывали как «унылые ежики». Не дай бог, чтобы вернулись эти времена.

Нынешнее падение доллара подстегивают, помимо коронавируса, экономика и политика США. Экономика — в том плане, что ряд показателей указывает на приближение экономического спада. Политика выражается в неопределенности, исходящей от Трампа лично и от его администрации в целом. Если Трамп заявляет, что Америка лучше всех в мире борется с коронавирусом (что абсолютно не соответствует реальности), вице-президент Пенс и вся президентская рать вслед за ним превозносит ситуацию в Америке.

Вернемся к деньгам: в лихую годину они, как оказывается, лучше должны быть чужими, а не отечественными. Россияне стоят в очередях, чтобы обзавестись подорожавшей «вражеской» валютой в преддверии дальнейшего обесценивания своей, российской. А граждане «вражеских» стран, наоборот, перекладывают денежки (если у кого-то они есть в товарном количестве) из долларов, евро и фунтов стерлингов в швейцарские франки и японские иены — у инвесторов они считаются более «тихой гаванью», чем три главные валюты.

Жителям более стабильных стран, которых родная власть не кидала, не обувала и не разводила на деньги с помощью грабительских реформ, нет необходимости заготавливать впрок чужую валюту. Фунт стерлингов то в полтора раза дороже доллара, то почти вровень с ним; евро тоже — то отрывается от доллара, то опять падает почти до его уровня. Но европейцы не озабочены обменом максимально возможных сумм: курсовые колебания приходят и уходят, никакой драмы в этом нет. Ну, если кто-то собирается, допустим, ехать из Германии в Америку, а доллар проявляет тенденцию к удорожанию, этот кто-то может пойти в банк и купить несколько сотен долларов за свои евро. А так — зачем? Само устаканится.

К большому сожалению, с российской колокольни приходится смотреть не в сторону Германии, а туда, где бурлит нестабильный «третий мир», — происходящее там ближе к российским реалиям. Валюты развивающихся стран подлетают, падают, звенят, затихают — как в игре в расшибалочку. Выигрывает всегда самый крутой пацан двора — местный диктатор, а все остальные в пролете.

Яркий пример — доллар Зимбабве, который стараниями Роберта Мугабе (бывшего революционера, ставшего пожизненным диктатором) в 2009 году вообще перестал существовать. Это произошло после того, как гиперинфляция достигла астрономической цифры — 500 млрд процентов! «Революционер» Мугабе тогда перевел Зимбабве на «империалистическую» валюту — доллар США. Но даже это не спасло страну от экономического коллапса, а Мугабе — от ухода в отставку не по своей воле. В этой африканской стране, которая в колониальные времена называлась Южной Родезией, остро не хватало иностранной валюты в денежном обороте. Правительство выпустило приравненные к деньгам облигации, но народ их игнорировал, требуя за товары и услуги настоящие деньги — доллары, евро или хотя бы южноафриканские ранды. Год назад власти Зимбабве ввели новую национальную валюту, но население тоже не считает ее «настоящими деньгами» и тянет руку за чужими дензнаками.

Другой замечательный пример — венесуэльский боливар (тоже «революционная» валюта), который обесценился так, что теперь годится только как цветная бумага для изготовления сувениров. В пограничных с Венесуэлой городах Колумбии, сообщает телеканал Fox News, уличные торговцы предлагают кошельки, портмоне и дамские сумочки, сшитые из венесуэльских боливаров. Кошелек для монет изготовляется из 70 купюр, бумажник — из 100, а сумочка — из 1200. Достоинство купюр большой роли не играет — в Венесуэле можно за бесценок купить любые. Венесуэльцы расплачиваются друг с другом натурой — продуктами, лекарствами, одеждой, или иностранной валютой. В чужой валюте осуществляется 64% взаиморасчетов, как сообщало недавно агентство Bloomberg. Львиная доля всех платежей — 56% — приходится на доллары США. Венесуэльским «революционерам», как и их африканским собратьям, пришлось полюбить «вражескую» валюту...

А в наших палестинах... Официальный курс рубля по отношению к доллару, установленный Банком России на 13 марта, оказался на 16,4% ниже по сравнению с началом года. Соотношение рубля и евро за этот период ухудшилось на 17,1%. Самые большие потери рубль понес в паре с японской иеной — 20,2% с начала этого года.

Даже по отношению к китайскому юаню рубль обесценился с начала года на 16,1%. Курс юаня, в отличие от рубля, мало изменился по отношению к ведущим мировым валютам. Почему? Потому что китайская экономика не зависит от продажи сырья и энергоресурсов, как экономика РФ. Китай поставляет продукцию своего реального сектора на внешние рынки, имея при этом положительный баланс в торговле с США и другими странами.

Краткосрочного спада Китаю не избежать — в КНР находится эпицентр глобальной пандемии коронавируса. Принятые там драконовские меры борьбы с инфекцией остановили многие предприятия, и по итогам первого квартала, как пишет Financial Times, ожидается нулевой рост китайского ВВП или его сокращение. А потом — медленное выздоровление второй по величине экономики мира, поскольку она очень сильно завязана на первую экономику — США — и страны Европы. Европе, говорят экономисты, рецессия гарантирована, а США тоже балансируют недалеко от грани экономического спада. Коронавирус для финансовых рынков — серьезный тормоз, недаром Уолл-стрит так нервно реагирует на новости о пандемии, обрушивая индекс Доу-Джонса на 1500–2000 пунктов в день.

Дела обстоят еще хуже в Японии: там в 4-м квартале минувшего года ВВП сократился в годовом исчислении на 7,1%, и приход рецессии считается неизбежным. Но японская иена при этом пользуется повышенным спросом. Наверное, потому, что учетная ставка Банка Японии уже ниже плинтуса и дальше понижаться не будет. Значит, можно покупать японские ценные бумаги. За которыми — и это важнее всего — стоит сильная, диверсифицированная экономика. У нее, как и у всякой экономики, бывают свои подъемы и спады, ее финансовый руль — центробанк — не всегда направляет ее в верное русло, но это третья по ВВП экономика мира, ее автопром и судостроение, электроника и химическая промышленность, производство станков и сельское хозяйство дают национальной валюте мощную опору.

Но правительство Японии, равно как и Швейцарии, совсем не радуется тому, что их валюта растет в цене. Это вредно для экспорта, и власти пытаются с помощью валютных интервенций (или словесных предупреждений) сбить курс своей валюты. За что Вашингтон грозит им пальцем: мол, мы вас запишем в валютные манипуляторы...

А рубль... Подпереть бы его мощной экономикой, но она мощной никак не становится. Причины известны, что надо делать — тоже понятно, но — ни с места. Такие вот валютные дела.


Источник