Переболевших коронавирусом ждет новая напасть: как бороться с «клеймом прокажённых»

Опубликовано: 31.05.2020

Пандемия коронавируса идёт на спад, и с каждым днём из больниц выписывают всё больше и больше людей, которым удалось победить коронавирус. Однако победа в битве за жизнь – это только первый этап большого пути возвращения в общество. Следующую битву предстоит выдержать в своём круге общения – всё чаще специалисты-психологи заговаривают о стигматизации переболевших коронавирусом. Суть проста: люди, живущие в страхе перед новой неизвестной инфекцией, ставят «клеймо» на тех, кто является или может являться её носителями. По мнению европейских и американских психологов, общая путаница – множество мнений о том, как можно заразиться вирусом, чем он опасен и как уберечь от инфицирования себя и свою семью – становится благоприятной средой для стереотипов, предрассудков и дискриминации. Результат – новые социальные и психологические проблемы. Как можно будет использовать опыт борьбы со стигматизацией онкологических больных или ВИЧ-инфицированных после окончания пандемии коронавируса, «МК» обсудил со специалистами. 

Переболевших коронавирусом ждет новая напасть: как бороться с «клеймом прокажённых»

фото: АГН «Москва»

Стигматизация (от греческого слова «стигма», то есть клеймо на теле преступника) сопровождала пандемию коронавируса с первых дней её существования. Если мы вспомним события января-февраля 2020 года, увидим – сначала кастой неприкасаемых стали все люди азиатской наружности, ведь вирус зародился в Китае. Чуть позднее «клеймо», сдобренное обязательной двухнедельной социальной изоляцией, получили все, кто в обозримом прошлом бывал в европейских странах – неважно, на севере Италии, в новом очаге эпидемии, или на «стерильной» Мальте. Следующими в группу «прокаженных» попали все, кто заболел коронавирусом, а также их домочадцы и коллеги по работе – как «контактные».

По мнению специалистов, стигматизация – нормальная реакция человека на страх перед вирусом, и страх этот иногда приобретает почти суеверные формы. Во время пандемии человеку естественно искать ответ на вопрос «Кто виноват?» и, следовательно, легко «назначить» виноватыми тех, в отношении кого это будто бы очевидно.

Общество уже знакомо с проблемой стигматизации на других примерах – например, в случае ВИЧ-инфицированных, онкологических больных или, в меньшей степени, возвращающихся после отбывания наказания в местах лишения свободы за не тяжкие преступления (не убийц и не насильников, а тех, к примеру, кто был осужден по «экономическим» статьям). Многолетние исследования позволяют сделать вывод: иногда стигматизация наносит человеку едва ли не больший вред, чем сама болезнь.

– Я дважды переболела раком: в детстве, когда мне было 8 лет, и во взрослом возрасте, в 28 лет. Соответственно, пережила весь спектр эмоций возвращения в общество после болезни и как ребёнок, и как взрослый. Нужно признать факт: наше общество вообще не принимает людей с тяжелыми заболеваниями, будь то рак, СПИД или коронавирус. У людей отсутствуют базовые знания: как можно общаться с переболевшим человеком, когда это перестаёт быть опасным, каких ситуаций лучше избегать, а какие – абсолютно безопасны. Срабатывает эффект «Я рядом с прокаженным, я лучше уйду!», и поэтому переболевшие люди чувствуют себя изгоями. Однако между онкологическими заболеваниями и коронавирусом есть разница, хоть и специфическая. Рак не заразен – но большинство людей этого не понимают и всё равно боятся. Про коронавирус мы все точно знаем, что он заразен, но не всегда понимаем, как именно передаётся – информации море, человек путается: где правда, где неправда. И в итоге всё равно предпочитает отказаться от контакта – объяснила в разговоре с корреспондентом «МК» руководитель благотворительного проекта «Время детства» Мария Томич, которая занимается волонтёрской поддержкой онкологических больных.

Несколько лет назад в Москве значительный резонанс вызвала история соседей, которые требовали запретить сдавать одну из квартир в их подъезде детям, больным раком: люди боялись заразиться. Народная мудрость «Бережёного бог бережёт» в данном случае истолковывается совершенно не так, как следовало бы – в итоге это провоцирует социальные конфликты. В случае же с коронавирусной инфекцией можно вспомнить, как в самом начале пандемии тревожные сигналы поступали из регионов. В одном городе мужики около подъезда избили фельдшера, отказавшегося сказать, из какой квартиры поступил вызов «на коронавирус», в другом городе – вернувшейся после отпуска в Италии здоровой девушке на двери написали «Сволочь, из-за тебя заболеют наши дети». Те москвичи, которые уехали на самоизоляцию в другие регионы или в дачные посёлки, сообщают: признание, что ты из Москвы, может вызвать непредсказуемую агрессию у местных жителей – те считают, что именно москвичи привезут им вирус. И, как считают эксперты, у нас впереди ещё несколько нелёгких недель, в течение которых соседи будут обходить тех, кому посчастливилось вернуться из больницы живым и здоровым, по широкой дуге, а коллеги по работе – не рискнут пользоваться с ними одной посудой в кухонном уголке.

По словам Марии Томич, главное в этой ситуации – запастись терпением и приготовиться объяснять окружающим специфику своего состояния.

– Когда я общаюсь с онкологическими больными, я объясняю: «Да, наше общество не понимает, какие болезни опасны, а какие нет, и нам обидно, если мы сталкиваемся с агрессией. Однако наша обида ничего не изменит, это не эффективно. Наша задача – образовывать этих людей, объяснять им, что происходит: какая у тебя болезнь, при каких условиях можно ею заразиться». Поможет только терпеливое информирование и сдерживание собственных эмоций. Нужно долго и подробно объяснять: если врач выписал человека, если завершен 14-дневный карантин, значит, человек перестал быть заразным, - рассказала Томич и добавила, что также необходимо понимать мотивы поведения окружающих людей и не считать их всех желающими тебя унизить. Например, в коллективе могут быть инвалиды, люди с хроническими заболеваниями либо беременные женщины, для которых страх заразиться абсолютно естественен и понятен.

Огромный пласт социальной рекламы появился для поддержки ВИЧ-инфицированных и помощи в адаптации в обществе для них: многочисленные «шпаргалки», которые распространяют даже в школах, объясняют понятно и доходчиво – вирус передаётся только через кровь и сперму, поэтому с больными ВИЧ можно дружить, играть, работать вместе и даже целоваться. После окончания пандемии, судя по всему, перед нашим обществом встанет новая задача – создать такие же памятки, посвященные коронавирусной инфекции.  

Между тем, как объясняет в разговоре с корреспондентом «МК» практикующий психолог Анастасия Александрова, уровень стигматизации почти наверняка будет прямо пропорционален тому уровню страха перед вирусом, который существует в обществе. Следовательно, не стоит ожидать, что нормализация человеческих отношений будет быстрой и простой.

– Если сегодня люди боятся пользоваться лифтами, услышав, что в их подъезде кто-то заболел коронавирусом и моют с хлоркой упаковки продуктов, принесённые из магазина, сложно представить, что после фразы «Я переболел коронавирусом» человека бросятся обнимать коллеги по работе. Однако сыграть на руку может, помимо всего прочего, количественный фактор: число заболевших в Москве сейчас такое, что практически у каждого человека есть не один знакомый, перенёсший вирус. Соответственно, если в офисе вернётся не один, а полдюжины переболевших, они будут восприниматься как вариант нормы, а не как прокажённые. Мы ведь не боимся тех, кто переболел гриппом, - объяснила Александрова.

Кроме того, по словам психолога, необходимо будет делать скидку на частные случаи. Если беременную женщину, шарахающуюся от больного краснухой, всегда можно понять, то точно также можно будет понять, например, человека с астмой или хроническим бронхитом, который ещё долго не расстанется с антибактериальными средствами – вирус, провоцирующий проблемы с дыханием, станет для него смертельным.

По мнению специалистов, хорошим вариантом для возобновления отношений на работе может стать написание письма – в общий чат или методом рассылки через корпоративную почту. Человек может лаконично сформулировать всё, что хочет сказать: мол, так и так, я болел в таких-то числах, но уже здоров – выписан из больницы такого-то числа, прошёл реабилитацию, все анализы в норме, остались какие-то не опасные для окружающих побочные симптомы.

– Желательно прибавить, что такой человек готов ответить на вопросы. Здесь есть некоторый элемент манипуляции: скорее всего, после такой «исповеди» вопросов уже не возникнет. Однако обращение ко всем – это проявление уважения к коллегам. Кроме того, вы дадите понять, что тема болезни не является для вас табуированной, что вы готовы о ней разговаривать, - добавила психолог Александрова.

Также эксперты отмечают, что хороший знак на пути борьбы со стигматизацией – тот факт, что многие знаменитости не стесняются публично заявлять, что они переболели коронавирусом, и даже подробно описывать течение своей болезни в социальных сетях или личных блогах. Такой манёвр даёт понимание, что болезнь – это не что-то страшное и неизвестное, а вполне объяснимая вещь, с которой сталкиваются реальные люди.

Справка «МК»

Ещё в начале весны Всемирная организация здравоохранения опубликовала доклад, в котором называла стигматизацию зараженных Covid-19 дополнительной опасностью пандемии. По мнению экспертов ВОЗ, стигма возникает, когда люди негативно ассоциируют инфекционное заболевание с конкретным сообществом: в начале пандемии – с людьми азиатской наружности, позднее – с приехавшими из-за границы, а теперь – с переболевшими.

Пандемия коронавируса. Хроника событий


Источник