Опубликовано: 01.09.2018

Решение Мосгорсуда, признавшее московский закон о референдуме соответствующим федеральному, 

оспаривается в Верховном Суде

11 октября 2004 г. Мосгорсуд отказал в удовлетворении заявления Бузина А.Ю., Любарева А.Е., Суворова А.Д. и Шмелева В.А. о признании недействующими ряда положений статьи 9 Закона города Москвы "О референдумах в городе Москве" (об этом заявлении мы писали в материале "Московский закон о референдуме оспаривается в суде" ).

Ниже приводится текст кассационной жалобы на это решение Мосгорсуда.

В Верховный Суд Российской Федерации

от граждан Российской Федерации

Бузина Андрея Юрьевича,

Любарева Аркадия Ефимовича,

Суворова Андрея Дмитриевича,

Шмелева Владимира Алексеевича,

ПОЛНАЯ КАССАЦИОННАЯ ЖАЛОБА

на решение Московского городского суда

от 11 октября 2004 года по делу по заявлению граждан Бузина А.Ю., Любарева А.Е., Суворова А.Д., Шмелева В.А. о признании недействующими положений статьи 9 Закона города Москвы от 30 июня 2004 года № 43 “О референдумах в городе Москве”

Решением Московского городского суда от 11.10.2004 отказано в удовлетворении нашего заявления о признании недействующими положений статьи 9 Закона города Москвы от 30 июня 2004 года № 43 “О референдумах в городе Москве”.

Считаем данное решение незаконным, необоснованным и подлежащим отмене по следующим основаниям.

1. В решении Московского городского суда утверждается, что “закон города Москвы не устанавливает более высокие требования к численному составу инициативной группы по проведению референдумов в городе Москве, а в пределах предоставленных частью 3 статьи 14 ФЗ “Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации” полномочий определяет количественный состав инициативной группы с учетом установленного частью 1 статьи 36 ФЗ “Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации” запрета на создание инициативных групп, состоящих менее чем из 20 и, соответственно, 10 человек. Из содержания норм Федерального закона (части 3 статьи 14 и части 1 статьи 36) следует, что увеличение количественного состава инициативных групп в законах субъектов допускается”.

Такой вывод суда основан на неправильном толковании норм цитированного федерального закона.

Согласно пункту 3 статьи 14 указанного федерального закона, “количественный состав инициативной группы по проведению референдума субъекта Российской Федерации, местного референдума устанавливается в соответствии с настоящим Федеральным законом, законом субъекта Российской Федерации, уставом муниципального образования”. Таким образом, при установлении в законе субъекта РФ предельных норм количественного состава инициативного группы, законодатель субъекта РФ должен учитывать нормы федерального закона, а именно пункт 1 статьи 36.

Согласно пункту 1 статьи 36 указанного федерального закона, “каждый гражданин или группа граждан, имеющие право на участие в соответствующем референдуме, вправе образовать инициативную группу по проведению референдума в количестве не менее 20 человек, имеющих право на участие в референдуме, для выдвижения инициативы проведения референдума субъекта Российской Федерации и не менее 10 человек – для выдвижения инициативы проведения местного референдума. По своей конструкции данная норма федерального закона носит управомочивающий характер, т.е. она определяет право 20 граждан на образование инициативной группы по проведению референдума субъекта РФ и право 10 граждан на образование инициативной группы по проведению местного референдума. Толкование данной нормы как нормы, запрещающей создание инициативных групп численностью менее 20 или 10 человек, недопустимо.

Позиция суда, согласно которой федеральный закон разрешает устанавливать законом субъекта РФ более высокую по сравнению указанной в пункте 1 статьи 36 минимальную численность инициативной группы, приводит к абсурдному выводу о том, что закон субъекта РФ вправе устанавливать сколь угодно большую минимальную численность инициативной группы, даже большую, чем число граждан, проживающих на соответствующей территории. Такая позиция не соответствует сути Федерального закона “Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации”, который является именно законом, определяющим гарантии реализации гражданами РФ конституционного права на участие в референдуме (см. п. 1 ст. 1 данного закона). Не соответствует данная позиция и статье 71 Конституции РФ, согласно которой регулирование прав и свобод человека относится к ведению Российской Федерации. Установление предельных требований к численности инициативной группы является именно регулированием прав граждан, поэтому оно должно устанавливаться федеральным законом.

В ходе судебного разбирательства приводился пример одного муниципального образования в городе Москве (Молжаниновское), в котором число граждан, имеющих право на участие в референдуме (по данным Центральной избирательной комиссии на 14 марта 2004 г.), составляет менее 2 тысяч человек. Это означает, что установленная законом города Москвы минимальная численность инициативной группы по проведению местного референдума (100 человек) превышает в данном муниципальном образовании 5% от числа граждан, имеющих право на участие в референдуме. При этом, согласно пункту 1 статьи 37 ФЗ “Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации”, необходимое число подписей в поддержку инициативы проведения местного референдума, устанавливаемое законом субъекта РФ, не может превышать 5% от числа участников референдума, зарегистрированных на соответствующей территории. Таким образом, закон города Москвы установил более высокую минимальную численность инициативной группы, чем число граждан, поддержка которых необходима и достаточна на следующем этапе референдумного процесса. Этот факт является дополнительным аргументом в пользу утверждения об абсурдности позиции Московского городского суда.

2. В решении Московского городского суда утверждается, что установленное в части 7 статьи 9 Закона города Москвы “О референдумах в городе Москве” требование о нотариальном удостоверении подписей членов инициативной группы по проведению референдума “является дополнительной гарантией защиты прав граждан – жителей города Москвы при проведении референдума от злоупотреблений своими правами со стороны недобросовестных граждан”.

Такой вывод суда также основан на неправильном толковании норм Федерального закона “Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации”.

Согласно пункту 3 статьи 1 указанного федерального закона, законами субъекта РФ “могут устанавливаться гарантии избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации, дополняющие гарантии, установленные настоящим Федеральным законом”. То есть федеральный закон разрешает устанавливать дополнительные гарантии именно избирательных прав и права на участие в референдуме. Расшифровка данных прав дана в пунктах 28 и 51 статьи 2 данного федерального закона. В указанном перечне невозможно найти каких-либо прав, которые может защищать оспариваемая нами норма части 7 статьи 9 закона города Москвы. Ни в решении суда, ни в выступлениях в суде представителей Мэра Москвы и Московской городской Думы также нет указания на конкретные права, которые данная норма защищает.

В то же время данная норма существенно ограничивает права граждан на образование инициативной группы, в частности, заставляя их нести расходы – когда еще нет и не может быть соответствующего фонда, из которого в соответствии с буквой и духом закона и должны производиться все расходы по подготовке к проведению референдума.

По нашему мнению, основанному на статьях 55 и 71 Конституции РФ, закон субъекта РФ не может вводить норм, которые бы ограничивали права граждан в большей степени, чем это предусмотрено федеральными законами.

Ссылка суда на аналогичную норму Федерального конституционного закона “О референдуме Российской Федерации” неправомерна, поскольку, в силу статьи 76 Конституции, федеральный конституционный закон имеет приоритет перед федеральным законом, поэтому федеральный конституционный закон “О референдуме Российской Федерации” может содержать нормы, не соответствующие Федеральному закону “Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации”. Закон же субъекта Федерации такие нормы содержать не может.

3. Утверждение Московского городского суда о том, что “данные нормы относятся к порядку назначения и проведения референдумов в городе Москве, который устанавливается законом субъекта Российской Федерации” не может служить аргументом в пользу вывода о правомерности данных норм. Пункт 11 статьи 2 Федерального закона “Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации” относит к гарантиям права на участие в референдуме “условия, правила и процедуры”, обеспечивающие реализацию права граждан на участие в референдуме. Таким образом, любые процедуры, связанные с реализациями гражданами их права на участие в референдуме, регулируются федеральным законом, и закон субъекта РФ вправе устанавливать процедуры лишь в той части, в какой они не противоречат федеральному закону.

4. Согласно пункту 51 статьи 2 Федерального закона “Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации”, право на участие в референдуме – “конституционное право граждан Российской Федерации голосовать по вопросам референдума, а также участвовать в других действиях по подготовке и проведению референдума”. Таким образом, нормы Закона города Москвы “О референдумах в городе Москве”, ограничивающие права граждан по созданию инициативной группы, тем самым нарушают право граждан на участие в референдуме, в том числе и наши права как граждан Российской Федерации и жителей города Москвы.

Таким образом, Московский городской суд неправильно применил нормы материального права, неправильно истолковав предусмотренные пунктом 3 статьи 1, пунктом 3 статьи 14 и пунктом 1 статьи 36 нормы Федерального закона “Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации”.

На основании вышеизложенного просим решение Московского городского суда от 11 октября 2004 по делу по заявлению граждан Бузина А.Ю., Любарева А.Е., Суворова А.Д., Шмелева В.А. о признании недействующими положений статьи 9 Закона города Москвы от 30 июня 2004 года № 43 “О референдумах в городе Москве” отменить и вынести новое решение о признании недействующими положений частей 1 и 2 статьи 9 Закона города Москвы от 30 июня 2004 года № 43 “О референдумах в городе Москве”, предусматривающих более высокую по сравнению с Федеральным законом от 12 июня 2002 года № 67-ФЗ “Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации” минимальную численность инициативной группы для выдвижения инициативы проведения референдума города Москвы и местного референдума, и положения части 7 статьи 9 Закона города Москвы от 30 июня 2004 года № 43 “О референдумах в городе Москве”, предусматривающего нотариальное заверение подписей членов инициативной группы под ходатайством о регистрации инициативной группы.

Приложение: копии кассационной жалобы (3 экз.).

Бузин А.Ю.

Любарев А.Е.

Суворов А.Д.

Шмелев В.А.

 

rss