Опубликовано: 01.09.2018

видео

Ellen's Never-Ending Scares

Об Инструкции ЦИК РФ про использование Комплексов электронного голосования


Maroon 5 - Girls Like You ft. Cardi B

ЦИК РФ предполагает опробовать несколько Комплексов электронного голосования (КЭГ) на выборах в В.Новгороде 8 октября этого года. КЭГ представляет собой устройство для голосования, запоминания и подведения итогов голосования.

В отличие от Комплексов обработки избирательных бюллетеней (КОИБ), в КЭГ не используются бумажные бюллетени. Вместо этого избиратель делает свой выбор, выбирая пальцем на экране КЭГ соответствующую его воле кандидатуру или партию. Результат этого выбора (номер выбранной кандидатуры или партии) запоминается в памяти КЭГ, а также печатается на специальной бумажной ленте, которая, впрочем, недоступна для обозрения во время голосования. С целью обеспечить доступ избирателя к голосованию, ему выдается «карточка со штрих-кодом». Эту карточку выбирает сам избиратель, после чего она активируется для голосования. Активированная карточка используется избирателем для включения режима голосования КЭГ (прикладыванием карточки к считывающему устройству), после чего избиратель голосует. Полное завершение голосования подтверждается избирателем путем нажатия экранной кнопки «ДА» в ответ на вопрос «Вы действительно хотите завершить голосование и подтверждаете Ваш выбор?»

После окончания голосования итоги голосования с каждого КЭГ переносятся в так называемый «сервисный блок» и там суммируются. После погашения оставшихся карточек и ввода данных, полученных при обработке списков избирателей, сервисный блок выдает протокол об итогах голосования.

Законом установлено, что порядок голосования с помощью технических средств голосования регламентируется Центральной избирательной комиссией Российской Федерации. В связи с этим в недрах ЦИК РФ родилась « Инструкция о порядке электронного голосования, подсчета голосов избирателей, участников референдума, установления итогов голосования на избирательном участке, участке референдума, установления итогов голосования и определения результатов выборов, референдума вышестоящими комиссиями ». Эта Инструкция была принята за основу на заседании 28 июня. Осознавая в полной мере, что рассмотренный текст еще не является окончательным, мы решили обратить внимание ЦИК РФ на качество этого документа.

Предварительно заметим, что ниже речь не идет о проблемах, которые в наибольшей степени волнуют общественность в связи с внедрением электронного голосования – о проблемах возможности общественного контроля правильности подсчета поданных голосов. Об этом много говорится, но пока ЦИК РФ фактически не учитывает ни саму озабоченность, ни предлагаемые решения. В этом тексте мы будем говорить исключительно о содержании рассматриваемого документа.

В первую очередь следует отметить, что попытка составления этого документа путем подгонки его под шаблон текста Федерального закона "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" (далее - ФЗГ) не очень эффективна. Вместо того, чтобы акцентировать внимание на особенностях проведения электронного голосования, Инструкция содержит обширные цитаты из ФЗГ, что приводит к избыточному объему текста и к «размытию» алгоритма действий участковой комиссии. Так, например, раздел 2.4 «Протокол участковой комиссии об итогах электронного голосования» частично повторяется ниже по тексту. Раздел 2.6 «Последовательность дальнейших действий участковой комиссии» далее по тексту Инструкции детализируется, но не совсем в порядке перечисления пунктов раздела 2.6. Участковые комиссии наверняка не будут удовлетворены подобным изложением материала.

Следуя тексту Федерального закона, составители Инструкции, тем не менее, в некоторых случаях дают свои рекомендации, не относящиеся собственно к электронному голосованию. Эти дополнения, также как и некоторые неоднозначные формулировки, наверняка спровоцируют дополнительную напряженность в отношениях между наблюдателями и участковыми комиссиями. Перечислим подобного рода «мины», заложенные в Инструкции:

Формулировка «Представители средств массовой информации, находящиеся в помещении для электронного голосования в день голосования, вправе вести фото и видео съемку процесса электронного голосования, не допуская при этом нарушений тайны электронного голосования », возможно, будет трактоваться как запрет вести фото и видеосъемку другим присутствующим на участке лицам. Кроме того, неясно, можно ли проводить фото и видеосъемку процесса определения итогов голосования – погашения карт со штрих-кодом, открепительных удостоверений, опечатывания документации и т.д. Эта неясность, очевидно, спровоцирует разногласия. Пунктом 2.5.6 Инструкция устанавливает, что « наблюдатели …занимают места, позволяющие им наблюдать за подсчетом числа избирателей, внесенных в список избирателей …». Такая формулировка, как показывает опыт, приводит к тому, что наблюдателям отводят место в дальнем углу помещения, откуда не видно какие записи находятся в списках избирателей. « Данные, занесенные в увеличенную форму протокола, не имеют юридического значения » (п.2.5.7). Некоторые председатели комиссий используют такую формулировку как оправдание несовпадения данных, находящихся в первом экземпляре протокола и в увеличенной форме протокола. В действительности, закон устанавливает лишь то, что определение результатов выборов осуществляется на основе первых экземпляров протоколов, а не на основе данных из увеличенных форм.

Однако более важным представляется тот факт, что Инструкция не регламентирует, либо плохо регламентирует процедуры, связанные именно с электронным голосованием.

Уже в разделе 1 возникают два вопроса, ставящих читателей в тупик. Из ФЗГ в Инструкцию перекочевала норма « … Общее число избирательных участков, где проводится электронное голосование, не должно превышать один процент от числа избирательных участков, образованных на территории, на которой проводятся выборы, а если один процент от числа избирательных участков, образованных на территории, на которой проводятся выборы, составляет менее пяти избирательных участков, участков референдума, указанное общее число не может быть менее пяти избирательных участков, участков референдума ». Такая формулировка означает, что если выборы проводятся на территории, где меньше чем 500 избирательных участков (например, в городе Великий Новгород), КЭГи могут быть установлены хоть на всех участках. Ибо 400 никак не менее пяти. Но это как-то не вяжется со смыслом упомянутой нормы.

Пункт 1.6 также заставляет задуматься и наверняка вызовет вопросы у председателей участковых комиссий, которые захотят прочитать Инструкцию. Ведь он означает, что установка КЭГ на некотором участке лишает права голосования избирателя, который оказался на этом участке в день голосования, но, например, заболел. Случай этот, несомненно, редкий, но встречающийся. Приведенная норма порождает больше вопросов, чем ответов.

Перейдем к разделу 2. Важный вопрос, на который нет прямого ответа в Инструкции: куда девается «штрих-карта» после того, как избиратель использовал ее для голосования? По-видимому, избиратель волен поступать с ней как ему вздумается. Но тут открывается широкий простор для творчества: карту можно унести домой для хозяйственных целей, можно оставить карточку в кабинке для голосования, можно выбросить в урну при выходе из «помещения для электронного голосования» (такой термин применяется в Инструкции, хотя неясно, почему не использован просто термин «помещение для голосования»), можно незаметно положить обратно в стопку еще не выданных (и тогда у комиссии могут возникнуть проблемы с контрольными соотношениями), можно небезвозмездно отдать хакерам. Возможно также, что активированную, но не использованную карту, избиратель может обменять на материальные блага у каких-нибудь любителей голосовать за других.

На этот вопрос Инструкция советов не дает, зато она дает иногда дает советы, вызывающие вопросы. Перечислим часть таких советов.

Оказывается, при проведении тестирования « Число голосов, поданных за каждого кандидата (избирательное объединение) равно числу тестируемых устройств ». Утвердительная модальность этого предложения не оставляет никаких сомнений, что тестирование должно показать исправность агрегатов. Пункт 2.2.10: « Если избиратель, участник референдума покинул избирательный участок, участок референдума не завершив голосование (не нажав кнопку "ДА"), для приведения экрана в исходное состояние председатель участковой комиссии в присутствии лиц, перечисленных в подпункте 2.5.3. Инструкции, используя карточку с штрих-кодом с надписью "КЛЮЧЕВАЯ" переводит устройство сенсорного голосования в исходное состояние ». Тут возникает несколько вопросов, на которые в Инструкции нет ответов. Как председатель узнает, что избиратель не завершил голосование? Сам ли он должен заходить в кабинку после каждого избирателя или должен полагаться на следующего избирателя? Не возникнет ли у председателя или следующего избирателя соблазн завершить голосование нажатием на кнопку «НЕТ», а не картой со словом «Ключевая» (и быстрее, и приятнее и собирать не надо лиц, перечисленных в подпункте 2.5.3)? Какова процедура приглашения лиц, перечисленных в подпункте 2.5.3 для завершения голосования? Что должна делать комиссия, если избиратель просит оказать ему помощь при голосовании, как сохранить при этом тайну голосования?

Вопросы эти не абстрактные; они обязательно возникнут на участке.

Помощь при проведении электронного голосования наверняка потребуется при голосовании на дому (если кто-нибудь из членов ЦИК РФ в этом сомневается, то ему следует как-нибудь поучаствовать в выездном голосовании). Переписывая из Федерального закона в Инструкцию нормы, иногда даже не относящиеся к электронному голосованию, составители Инструкции почему-то забыли об очень важном в данном случае п.14 ст.66 ФЗГ, которая гарантирует наблюдателям право участвовать в проведении выездного голосования. Некоторые председатели участковых комиссий не преминут воспользоваться этой забывчивостью. В разделе 2.4 («Протокол участковой комиссии об итогах электронного голосования») у пользователя Инструкции также возникнет ряд вопросов, на которые он не найдет ответов ни в этом разделе, ни далее. Читатель узнает, что, избиратели могли электронно голосовать досрочно, но как – непонятно (ранее об этом не говорилось). Затем он запнется на строке 6 протокола, ибо не совсем ясно, записывать ли в эту строку только тех избирателей, которые на дому воспользовались своей карточкой или все активированные для голосования на дому карточки. Та же проблема возникнет и с погашением карточек: надо ли гасить активированные, но неиспользованные карточки? Если читатель дойдет до строки 11г, у него вообще голова пойдет кругом: как можно погасить открепительные, которые были выданы избирателям, и почему это зависит от вида выборов? Название пункта 2.10 вызывает подозрение в том, что бывает голосование вне помещения не в день голосования. Хотя в практике российских выборов бывали случаи безнаказанного досрочного голосования на дому, но законом они не предусмотрены. Кроме того, несмотря на название, пункт 2.10 повествует о том, как получаются данные о голосовании не только вне помещения, но и в помещении «для электронного голосования». Последовательность действий описано довольно сумбурно, но с третьего раза можно догадаться, что п. 2.10.1 написан про отдельное устройство, а аналогичный пункт 2.10.4 – про комплекс в целом. Откуда в электронном протоколе берутся значения строк 3 и 4, остается загадкой: о них составители Инструкции просто забыли или не смогли написать. Досрочное электронное голосование действительно может производиться различными способами, но про него в Инструкции не сказано ничего, кроме того, что оно существует. Более того, наличие досрочного голосования в вышестоящей комиссии, как известно, изменяет вид контрольного соотношения, о котором говориться в разделе 2.14. Если досрочное голосование в вышестоящей комиссии предусмотрено, то основное контрольное соотношение выглядит следующим образом:

2+4+11е=3+5+6+7+11д,

То есть Инструкция просто вводит инструктируемых в заблуждение. С контрольными соотношениями у многих участковых комиссий (а зачастую и у вышестоящих комиссий) всегда возникали проблемы. Инструкция их не разрешает, а скорее добавляет. Судя по фразе «после тщательной проверки контрольных соотношений» (п.2.16.1) разработчики Инструкции сами не вполне понимают природу этих соотношений, либо как это часто бывает, пытаются принудить участковые комиссии «подогнать протокол». Ведь в действительности, проверять надо не контрольные соотношения, а количество погашенных карточек и подсчеты по спискам избирателей. Само по себе контрольное соотношение выполняется ВСЕГДА, ибо строки 11е и 11д вычисляются как раз таким образом, чтобы контрольное соотношение было выполнено.

Не все ясно с пунктом 2.16.1. Как получается, что жалобы рассматриваются уже после распечатки протокола, в котором должно быть уже указано количество поступивших жалоб (см.п.2.13.1)? Впрочем, эта «небрежность» Инструкции вполне объяснима и намекает читателям на соответствующее отношением к жалобам. Из описания процедуры выдачи копий протокола об итогах электронного голосования остается непонятным, во-первых, кто несет ответственность за правильность заверения копии, а во-вторых, возможно ли изготовление копии без помощи КЭГ. Как и в Законе, в Инструкции ничего не сказано о возможности присутствия наблюдателей при вводе данных из протокола в ГАС «Выборы».

Конечно, Инструкция никак не улучшает (да и не может улучшить при такой конструкции КЭГ) ситуацию с общественным контролем правильности подсчета голосов. Тем не менее, она содержит довольно объемную выдержку из Федерального закона о возможности повторного пересчета голосов «при выявлении ошибок, несоответствий, сомнений в правильности составления протоколов». В этих случаях Инструкция предлагает производить повторный пересчет по «контрольной ленте» на которой якобы отражаются неидентифицированные результаты волеизъявления каждого голосовавшего избирателя. Подобный метод контроля действительно может подтвердить правильность суммирования, но не гарантирует избирателю, что его голос учтен правильно. Действительно, результаты на контрольной ленте отражают плод совместных действий избирателя, программы, управляющей КЭГом, случайных или неслучайных внешних воздействий.

Как обычно остается загадкой, по каким признакам определяется необходимость контрольного пересчета. Известно, что в случае реальных фальсификаций на «контрольный пересчет» наблюдатели, вопреки закону, никогда не приглашаются. В таком случае каковы гарантии, что контрольная лента не будет напечатана заново? Хотя ответ известен – «В наших комиссиях работают честные члены» - он, по понятным причинам не имеет никакого отношения к гарантиям избирательных прав.

А.Бузин, к.ф.-м.н., к.ю.н.,

член МГИК с правом совещательного голоса

rss